Pofu.ru - Всё обо всём! - Part 21

В глухомани появилась новая докторша, и все бабки тут же сняли с себя кресты. Мужчины ликуют, жены нервничают, а один алкаш уже готовится к новому бизнесу… Пока не узнает, что настоящая расплата ещё впереди

В глухомани появилась новая докторша, и все бабки тут же сняли с себя кресты. Мужчины ликуют, жены нервничают, а один алкаш уже готовится к новому бизнесу… Пока не узнает, что настоящая расплата ещё впереди

Она прикатила в деревню в рваных шортах, как мальчишка, но бабушкин сундук с „трехэтажными запасами“ спалил её образ до основания

Она прикатила в деревню в рваных шортах, как мальчишка, но бабушкин сундук с „трехэтажными запасами“ спалил её образ до основания

Когда вся станица шила платье и резала кабанов, жених пошел за мелочью и принес домой разменную монету в юбке. Он ломанулся за чувствами, оставив в дураках родителей, друзей и невесту

Когда вся станица шила платье и резала кабанов, жених пошел за мелочью и принес домой разменную монету в юбке. Он ломанулся за чувствами, оставив в дураках родителей, друзей и невесту

Он таскал меня за косу, пока я в магазине полы мыла, а потом подарил охотнику, как надоевшую собаку

Он таскал меня за косу, пока я в магазине полы мыла, а потом подарил охотнику, как надоевшую собаку

Он два года отслужил, десять лет прожил с Анной, и лишь мгновение понадобилось судьбе, чтобы сжечь его прошлое дотла — теперь Дарья, его школьная „невеста“, шлёт пинками его сожаления из своего округлившегося живота

Он два года отслужил, десять лет прожил с Анной, и лишь мгновение понадобилось судьбе, чтобы сжечь его прошлое дотла — теперь Дарья, его школьная „невеста“, шлёт пинками его сожаления из своего округлившегося живота

Её называли подстилкой немецкой, а мать вычеркнула из семьи за колбасу и шёлк. Но в дупле старого дуба гнили немецкие приказы, и только двое знали, чьи руки сводили с рельсов эшелоны

Её называли подстилкой немецкой, а мать вычеркнула из семьи за колбасу и шёлк. Но в дупле старого дуба гнили немецкие приказы, и только двое знали, чьи руки сводили с рельсов эшелоны

Помолвка под звон похоронок. Вместо свадебного кольца получила шрамы от фронтовых дорог. Война украла его у подруги, зато впихнула мне в руки сироту с его именем — теперь я мать, что лелеет чужое счастье

Помолвка под звон похоронок. Вместо свадебного кольца получила шрамы от фронтовых дорог. Война украла его у подруги, зато впихнула мне в руки сироту с его именем — теперь я мать, что лелеет чужое счастье

Как слил королеву ради шавки с чёрными бровями, а теперь мой сын зовёт чужого „папой“, а я доедаю свекровины пирожки с горчинкой раскаяния

Как слил королеву ради шавки с чёрными бровями, а теперь мой сын зовёт чужого „папой“, а я доедаю свекровины пирожки с горчинкой раскаяния

Когда в наше захолустье пригнали бригаду мужиков, я решила, что это мой выигрышный лотерейный билет. Но пока я вертела перед ними пятой точкой, серая мышка из соседнего дома тихо приватизировала лучший экземпляр

Когда в наше захолустье пригнали бригаду мужиков, я решила, что это мой выигрышный лотерейный билет. Но пока я вертела перед ними пятой точкой, серая мышка из соседнего дома тихо приватизировала лучший экземпляр

Он называл её своей волшебной подстилкой на пути в шоколадную жизнь, пока она не услышала, как он хвастается этим в телефонной трубке

Он называл её своей волшебной подстилкой на пути в шоколадную жизнь, пока она не услышала, как он хвастается этим в телефонной трубке

„Полено от ведьм“: как я заставила тётьку-колдунью вспомнить, что семечки — не только для грызни. Свадьба казалась её местью… пока в фате не оказалась девушка, которую даже мать-ведьма не смогла сломать

„Полено от ведьм“: как я заставила тётьку-колдунью вспомнить, что семечки — не только для грызни. Свадьба казалась её местью… пока в фате не оказалась девушка, которую даже мать-ведьма не смогла сломать

В 1931-м моя „подружка-змея“ украла не только овёс со склада — её ядовитые зубы впились в мою любовь, будто блохи в собачью шкуру. Она думала, что отцовские связи сделают её королевой деревни

В 1931-м моя „подружка-змея“ украла не только овёс со склада — её ядовитые зубы впились в мою любовь, будто блохи в собачью шкуру. Она думала, что отцовские связи сделают её королевой деревни