Pofu.ru - Всё обо всём! - Part 2

1932 год. Она застала мужа в постели у снохи — и не стала плакать. Вместо этого она сделала так, что его выгнали из родного дома, а сама стала хозяйкой при живом-то муже

1932 год. Она застала мужа в постели у снохи — и не стала плакать. Вместо этого она сделала так, что его выгнали из родного дома, а сама стала хозяйкой при живом-то муже

Осень 1935-го. Пока вкалывала на стройке коммунизма и вытирала сопли его мамаше, муженёк нагуливал ребёнка молоденькой буфетчицей. Война сведёт их под одной крышей, и узнают, что такое настоящая женская месть и что случается, когда две львицы делят одну берлогу

Осень 1935-го. Пока вкалывала на стройке коммунизма и вытирала сопли его мамаше, муженёк нагуливал ребёнка молоденькой буфетчицей. Война сведёт их под одной крышей, и узнают, что такое настоящая женская месть и что случается, когда две львицы делят одну берлогу

Свердловск, 1939. Молодая вдова теряет всё из-за лживого доноса. Шесть с половиной лет лагерей, смерть близких и пустота на свободе. Но однажды на краю моста судьба даёт ей второй шанс — и он приходит в образе голодного мальчишки с помойки

Свердловск, 1939. Молодая вдова теряет всё из-за лживого доноса. Шесть с половиной лет лагерей, смерть близких и пустота на свободе. Но однажды на краю моста судьба даёт ей второй шанс — и он приходит в образе голодного мальчишки с помойки

Этот щеголёнок, оравший на заправке «Ты у меня попляшешь, тётка!», через час в отделении чуть не обгадился, глядя, как его всесильный батя-олигарх, только что грозивший «всё решить», вдруг побелел, как полотно, и потерял дар речи, услышав моё звание — полковник

Этот щеголёнок, оравший на заправке «Ты у меня попляшешь, тётка!», через час в отделении чуть не обгадился, глядя, как его всесильный батя-олигарх, только что грозивший «всё решить», вдруг побелел, как полотно, и потерял дар речи, услышав моё звание — полковник

Из-за своего забытого телефона ей пришлось волочиться обратно в офис, где, прилипнув к щели у двери начальника, она услышала такое, что волосы зашевелились

Из-за своего забытого телефона ей пришлось волочиться обратно в офис, где, прилипнув к щели у двери начальника, она услышала такое, что волосы зашевелились

Вынужденная пойти в уборщицы на зону после того, как думала, что хуже некуда, пока ночью, шаря шваброй под панелями, не подслушала разговор, от которого у неё кровь в жилах пересохла

Вынужденная пойти в уборщицы на зону после того, как думала, что хуже некуда, пока ночью, шаря шваброй под панелями, не подслушала разговор, от которого у неё кровь в жилах пересохла

Она ждала этого всю жизнь, а ветеринары готовились к прощанию. Но под гнетом смертельного диагноза билось второе сердце — хрупкая надежда, которая заставила всех поверить в невозможное

Она ждала этого всю жизнь, а ветеринары готовились к прощанию. Но под гнетом смертельного диагноза билось второе сердце — хрупкая надежда, которая заставила всех поверить в невозможное

Получила нагоняй на работе за то, что скорую мужику с инфарктом на остановке вызвала, а потом этот мужик, как выяснилось, оказался тем ещё крутым жмыхом

Получила нагоняй на работе за то, что скорую мужику с инфарктом на остановке вызвала, а потом этот мужик, как выяснилось, оказался тем ещё крутым жмыхом

Долгие годы ржали с его дурацкой прибаутки про «подмену в роддоме», пока не сделали ДНК-тест. Но шутка оказалось пророческой, и теперь не до смеха — пора выносить свой скарб из чужой хаты

Долгие годы ржали с его дурацкой прибаутки про «подмену в роддоме», пока не сделали ДНК-тест. Но шутка оказалось пророческой, и теперь не до смеха — пора выносить свой скарб из чужой хаты

Егерь в фуфайке наткнулся на волчицу, которую шкуродёры-браконьеры бросили чахнуть, он взял да оттащил эту бедолагу к себе, но даже подумать не мог

Егерь в фуфайке наткнулся на волчицу, которую шкуродёры-браконьеры бросили чахнуть, он взял да оттащил эту бедолагу к себе, но даже подумать не мог

Вселявший в сердца односельчан леденящий трепет, тот самый зверь, что был грозой всей округи, нежданно став защитником и прибежищем для младенца, брошенного у его логова

Вселявший в сердца односельчан леденящий трепет, тот самый зверь, что был грозой всей округи, нежданно став защитником и прибежищем для младенца, брошенного у его логова

Голодранец с общаги, не имея за душой ничего, кроме доблести, спас папину дочу, у которой денег – куры не клюют. Но даже подумать не мог

Голодранец с общаги, не имея за душой ничего, кроме доблести, спас папину дочу, у которой денег – куры не клюют. Но даже подумать не мог