Pofu.ru - Всё обо всём! - Part 17

После похоронки она перестала чувствовать вкус хлеба и запах весны. Её боялись даже собственные взрослые сыновья, и не зря. Потому что их мать хранила главную тайну деревни под чёрным платком вдовы

После похоронки она перестала чувствовать вкус хлеба и запах весны. Её боялись даже собственные взрослые сыновья, и не зря. Потому что их мать хранила главную тайну деревни под чёрным платком вдовы

Пионерлагерь 80-х. Она верила, что сосны пионерлагеря хранили её первую любовь, пока не поняла: их стволы треснули от её дурацких иллюзий, когда Олег сбежал с её сбережениями и чужими женами

Пионерлагерь 80-х. Она верила, что сосны пионерлагеря хранили её первую любовь, пока не поняла: их стволы треснули от её дурацких иллюзий, когда Олег сбежал с её сбережениями и чужими женами

Костя, которого деревенские бабки шипели „колдовской отброс“, не знал, что его дедовы таблетки — лишь прикрытие для силы, способной вытаскивать души из воды. Когда олигархша увидела, как усопшая девочка кашляет в его ладонях, её мир рухнул — теперь она верит в магию больше, чем в отцовские миллионы

Костя, которого деревенские бабки шипели „колдовской отброс“, не знал, что его дедовы таблетки — лишь прикрытие для силы, способной вытаскивать души из воды. Когда олигархша увидела, как усопшая девочка кашляет в его ладонях, её мир рухнул — теперь она верит в магию больше, чем в отцовские миллионы

Гордая столичная выпускница приехала на заброшенную ферму с дипломом в руках и пренебрежением в сердце, чтобы учить других. Но старый коровник и руки доярки, говорящие с животными на языке тишины и доверия, преподали ей урок, которого не было ни в одном учебнике

Гордая столичная выпускница приехала на заброшенную ферму с дипломом в руках и пренебрежением в сердце, чтобы учить других. Но старый коровник и руки доярки, говорящие с животными на языке тишины и доверия, преподали ей урок, которого не было ни в одном учебнике

1940 год. Она засыпала за партой, потому что ночами нянчила брата. Молодая учительница, решившая вмешаться, и не подозревала, что её помощь одинокому отцу и детям станет началом новой жизни. Но грянет 1941-й, и эта хрупкая, ненастоящая семья столкнётся с настоящим адом, где им предстоит бороться не только за выживание, но и за право быть вместе против всех

1940 год. Она засыпала за партой, потому что ночами нянчила брата. Молодая учительница, решившая вмешаться, и не подозревала, что её помощь одинокому отцу и детям станет началом новой жизни. Но грянет 1941-й, и эта хрупкая, ненастоящая семья столкнётся с настоящим адом, где им предстоит бороться не только за выживание, но и за право быть вместе против всех

1919 год. Она ждала мужа с войны, а в калитку постучала его другая жена с младенцем на руках. Двум обманутым женщинам предстоит решить, что делать с общей болью, опустевшим домом и хрустящей капустой, которую, как оказалось, можно солить и без мужчины

1919 год. Она ждала мужа с войны, а в калитку постучала его другая жена с младенцем на руках. Двум обманутым женщинам предстоит решить, что делать с общей болью, опустевшим домом и хрустящей капустой, которую, как оказалось, можно солить и без мужчины

Две бабы делили одного мужа, пока не сообразили, что им он вообще не нужен — и тогда они сделали то, о чём село потом судачило десятилетиями, ведь они стали не соперницами, а венчанными сёстрами

Две бабы делили одного мужа, пока не сообразили, что им он вообще не нужен — и тогда они сделали то, о чём село потом судачило десятилетиями, ведь они стали не соперницами, а венчанными сёстрами

Она кормила его маменьку с ложечки, пока та не полезла в её кошелёк — что вынула оттуда, навсегда изменит правила этой игры

Она кормила его маменьку с ложечки, пока та не полезла в её кошелёк — что вынула оттуда, навсегда изменит правила этой игры

Когда мой в трусах объявил мой свадебный торт „сухариками для мышей“, я залила его голову тестом — пусть знает, каково быть „браком“ в чужой жизни. Его чемодан с рваными носками теперь украшает подъезд

Когда мой в трусах объявил мой свадебный торт „сухариками для мышей“, я залила его голову тестом — пусть знает, каково быть „браком“ в чужой жизни. Его чемодан с рваными носками теперь украшает подъезд

Когда мать сбежала к соседу, бросив слепого отца и троих детей, десятилетка Маргарита взвалила на плечи не только ведра с водой, но и всю эту кашу под названием ‘семья’. Она соврала папе про ‘городского жениха’, чтобы его сломленное сердце не разорвалось окончательно

Когда мать сбежала к соседу, бросив слепого отца и троих детей, десятилетка Маргарита взвалила на плечи не только ведра с водой, но и всю эту кашу под названием ‘семья’. Она соврала папе про ‘городского жениха’, чтобы его сломленное сердце не разорвалось окончательно

В глухой советской деревне 1936 года брошенная мужем доярка находит утешение в запретной любви, но её тайна прорастает двумя мальчиками-близнецами, рождёнными в один день у разных женщин

В глухой советской деревне 1936 года брошенная мужем доярка находит утешение в запретной любви, но её тайна прорастает двумя мальчиками-близнецами, рождёнными в один день у разных женщин

1950 год. Они выменяли дочь на свинью и кур, думали что избавились от позора, даже не подозревая, что их грязная тайна однажды станет счастливым билетом для чужой семьи

1950 год. Они выменяли дочь на свинью и кур, думали что избавились от позора, даже не подозревая, что их грязная тайна однажды станет счастливым билетом для чужой семьи